Среда, 18.10.2017, 01:16
Российская история
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Категории каталога
История России [115]
Краткий курс истории нашей страны
Правители России [5]
Биографии всех российских правителей - от Рюрика до Путина
Войны России [34]
Войны, участником которых была Россия
Наш опрос
Какой теории происхождения государства у славян Вы придерживаетесь?
Всего ответов: 226
Главная » Материалы » Войны России

Гражданская война в России (1918-1922 гг.) - часть 1

Война между большевистским правительством во главе с В.И. Лениным и различными антикоммунистическими силами.

Фактически началом Гражданской войны стал вооруженный захват власти в Петрограде в ночь с 7 на 8 ноября 1917 года и последующие бои в Москве между сторонниками и противниками Временного правительства. Наиболее серьезную вооруженную оппозицию советской власти составила Добровольческая армия. Она была сформирована бывшим начальником штаба Верховного главнокомандующего генералом Алексеевым из кадров созданной им же 15 ноября 1917 года в Новочеркасске Алексеевской организации — офицеров, юнкеров, студентов, гимназистов, воспитанников кадетских корпусов и солдат ударных частей. Алексеев стал верховным руководителем Добрармии, а Лавр Корнилов — командующим. Формирование армии происходило на территории области Войска Донского при поддержке донского атамана генерала Алексея Каледина, 20 ноября отказавшегося признать советскую власть и провозгласившего временную независимость Дона «впредь до образования общегосударственной, всенародно признанной власти».

9 января 1918 года от имени Добрармии было опубликовано воззвание, в котором добровольцы обязались стоять на страже «гражданской свободы», «в условиях которой хозяин земли русской, ее народ, выявит через посредство свободно избранного Учредительного Собрания державную волю свою». Лозунг Учредительного собрания был для руководителей Добровольческой армии всего лишь пропагандистским приемом, чтобы привлечь на свою сторону крестьян, интеллигенцию и часть рабочих. В июле 1918 года Алексеев достаточно откровенно писал монархисту В. Шульгину, какой именно хозяин земли русской в действительности подразумевается: «Относительно нашего лозунга — Учредительного Собрания — необходимо иметь в виду, что выставляли мы его лишь в силу необходимости. В первом объявлении, которое нами будет сделано (после победы в гражданской войне. — Авт.), о нем уже упоминаться не будет совершенно. Наши симпатии должны быть для вас ясны, но проявить их здесь было бы ошибкой, так как населением это было бы встречено враждебно».

17 декабря 1917 года казаки Каледина при поддержке добровольцев подавили пробольшевистское восстание в Ростове, поднятое местными рабочими и солдатами. Между тем на севере Донской области активизировались большевистские отряды, присланные из России и получившие поддержку значительной части казаков-фронтовиков. Армии Каледина и Корнилова оказались блокированы превосходящими силами советских войск. Как отмечал впоследствии бывший командующий Донской армии генерал Святослав Денисов: «К концу декабря 1917 года уже обнаружился сдвиг психологии казачьих масс на Дону, как результат искусной пропаганды со стороны противника и безотрадной ситуации на всем пространстве страны. Казак мыслил просто, не разбираясь в лабиринте сложных политических вопросов и проблем: «Вся Россия пошла под советы; мы — казаки бессильны сломить сопротивление солдатских и рабочих масс; поверим обещаниям большевиков, что нас, покорившихся им, оставят в покое». 24 января 1918 года съезд казаков-фронтовиков объявил правительство Каледина низложенным. 10 февраля в воззвании к казакам атаман вынужден был признать: «Развал строевых частей достиг последнего предела... в некоторых полках Донецкого округа Удостоверены факты продажи казаками своих офицеров большевикам за денежное вознаграждение».

Район Таганрога и Ростова стала оборонять Добровольческая армия, однако остановить продвижение красных не смогли. На следующий день, узнав, что для защиты Донской области на фронте, после готовящегося ухода Добровольческой армии, остается всего 147 штыков, Каледин объявил: «Положение наше безнадежно. Население не только нас не поддерживает, но настроено нам враждебно. Сил у нас нет, и сопротивление бесполезно. Я не хочу лишних жертв, лишнего кровопролития; предлагаю сложить свои полномочия и передать власть в другие руки». В тот же день он застрелился.

22 февраля Добровольческая армия оставила Ростов и двинулась на Кубань, в ставший знаменитым «Ледовый поход». В ее составе было около 3,7 тысячи человек, в том числе 2356 офицеров и генералов. 12 февраля красные казаки заняли донскую столицу Новочеркасск, арестовав и казнив преемника Каледина генерала Анатолия Назарова. Отряд походного атамана генерала Петра Попова в 1,5 тысячи человек успел уйти в Сальские степи.

Добровольческой армии не удалось взять столицу Кубани Екатеринодар, при штурме которого погиб Корнилов. Отступавшую под руководством Деникина обратно на Дон армию от гибели спасло приближение к Донской области немцев и вспыхнувшее там антисоветское восстание, приведшее к власти ориентировавшегося на Германию генерала Петра Краснова. Казакам хватило неполных двух месяцев жизни под Советами, чтобы продразверстка и предпочтение, которая новая власть оказывала иногородним — лицам неказачьего сословия, вызвали всеобщее возмущение против большевиков

Деникин, ориентировавшийся на Антанту, закрывал глаза на прогерманскую позицию Краснова, поскольку получал от Донской армии вооружение и продовольствие. В мемуарах командующий Добровольческой армией признался, что тогда, в начале мая 1918 года, «нанесение более серьезного удара в тыл тем большевистским войскам, которые преграждали путь нашествию немцев на Кавказ, не входило тогда в мои намерения: извращенная донельзя русская действительность рядила иной раз разбойников и предателей в покровы русской национальной идеи...»

После вступления на Украину германских войск оттуда в Россию отступил формировавшийся еще царским правительством корпус из чехословацких военнопленных (около 45 тысяч человек). Совнарком 26 марта 1918 года разрешил его эвакуацию через Дальний Восток во Францию при условии сдачи основной массы оружия в специально назначенных пунктах. К середине мая чехословацкие эшелоны растянулись по железной дороге от Пензы до Владивостока. Среди бойцов и командования корпуса сильны были ненависть к Австро-Венгрии (на родине их ждал суд за вступление в ряды неприятельской армии) и сочувствие социалистам-оборонцам, входившим в свергнутое большевиками Временное правительство (в корпусе сильны были чешские социал-демократы). Между тем Владивосток был оккупирован японскими войсками. Большевики вели также переговоры с державами Антанты о предоставлении чехословакам судов в Мурманске и Архангельске.

Движение эшелонов к Владивостоку застопорилось. Еще 2 мая Верховный совет Антанты принял решение попытаться использовать чехословацкий корпус для создания нового Восточного фронта против австро-германских войск, а при необходимости и против большевиков. Глава военного ведомства Троцкий отдал приказ о разоружении корпуса. 20 мая командование и политическое руководство корпуса — Чехословацкий национальный совет — приняли решение оружие не сдавать. Попытка разоружить корпус вызвала восстание: чехословацкие солдаты опасались, что безоружными их сразу же выдадут центральным державам. Малочисленные красноармейские отряды и гарнизоны были легко разгромлены хорошо организованными и обученными частями корпуса.

25 мая выступили эшелоны в Сибири, где их возглавил генерал Р. Гайда. 26 мая восстали чехословацкие части на Урале под командованием генерала С Войцеховского, а восстание в Поволжье 28 мая возглавил генерал С. Чечек В течение июня и июля чехословацкие войска совместно с эсеровскими отрядами очистили эти регионы от частей Красной армии.

10 июля командующий советским Восточным фронтом бывший подполковник левый эсер Михаил Муравьев, узнав об аресте в Москве руководителей своей партии, в Симбирске объявил себя главнокомандующим армии, действующей против Германии, телеграфировал в Совнарком и германское посольство об объявлении войны Германии и приказал своим войскам продвигаться совместно с чехословацким корпусом к Волге и далее на Запад для отпора немцам. Последствий это не имело, так как на следующий день Муравьев был застрелен большевиками на заседании местного Совета.

8 июня в Самаре после занятия города чехами вышел из подполья Комитет членов Учредительного собрания (Комуч) во главе с эсером В. Вольским, объявивший себя «временной властью» в Самарской губернии и других территориях, освобождаемых от большевиков. Комуч стал формировать собственную Народную армию под красным флагом из недовольных Советами рабочих, крестьян, студентов и офицеров. Одновременно он пытался обеспечить соблюдение основных демократических свобод и осуществление программных целей социалистических партий, вроде 8-часового рабочего дня.

Первоначально Народная армия благодаря чехословацким частям достигла значительных успехов, 6 августа захватив Казань, где в качестве добычи ей досталась эвакуированная сюда часть золотого запаса России. Однако постепенно укреплялась дисциплина в Красной армии и увеличивалась ее численность. Чехословаки же не горели особым желанием воевать в России и с ростом сопротивления со стороны красных предпочитали воздерживаться от активного участия в боях. Чехословацкие эшелоны перемещались с Поволжья и Урала в Сибирь. Народная же армия демократического Комуча многими чертами напоминала русскую армию в эпоху Временного правительства. Многие части были недисциплинированны, офицеры там не пользовались авторитетом. Наиболее боеспособными частями были полки ижевских и боткинских рабочих, в августе 1918 года восставших против большевиков, а после подавления восстания прорвавшихся на соединение с Народной армией.

В сентябре войска Комуча потерпели ряд поражений. 10 сентября красные заняли Казань, 29-го — Симбирск. Среди офицеров все настойчивее раздавались требования военной диктатуры. 23 сентября для руководства всеми антисоветскими силами на Востоке была создана Уфимская директория во главе с эсером Н. Авксентьевым. Комуч отказался от претензий на верховную власть и стал называться Съездом членов Учредительного собрания.

В октябре Директория перебралась в Омск. Здесь 18 ноября ее при поддержке офицеров и казаков сверг адмирал Колчак. Авксентьев и часть членов Директории были высланы за границу. Другие были арестованы и после неудачного восстания омских рабочих против Колчака расстреляны. Ряд бывших членов Комуча, включая Вольского, уйдя в подполье, приняли решение прекратить вооруженную борьбу с советской властью.

2 августа 1918 года советская власть была свергнута на Севере России при поддержке англо-французских войск, высадившихся в Мурманске и Архангельске будто бы для защиты этих портов от германской угрозы и предотвращения скопившихся там военных материалов центральными державами К власти здесь пришло правительство Северной области во главе с известным эсером Николаем Чайковским. Здесь численность войск интервентов, преимущественно английских, составляла около 25 тысяч человек. Численность русских антибольшевистских сил была в несколько раз меньше. Английское командование не предпринимало широкомасштабных наступательных действий, ограничиваясь попытками продвинуться навстречу чехословацким частям, наступающим с востока.

Официально красный террор был объявлен большевистским Совнаркомом постановлением от 5 сентября 1918 года после убийства 30 августа в Петрограде главы местной ЧК М. Урицкого студентом Л. Каннегиссером и неудавшегося покушения в тот же день в Москве на жизнь Ленина, совершенного профессиональной революционеркой Ф. Каплан. Оба покушавшихся, хотя и принадлежали к эсерам, действовали в одиночку, а не от лица партии. В ответ ЧК объявила, что впредь за покушения на представителей советской власти будут расстреливаться заложники из зажиточных классов населения, офицеров, интеллигенции и всех, заподозренных в контрреволюционной деятельности. Только в Петрограде после выстрелов в Урицкого и Ленина казнили 500 заложников.

В действительности красный террор был развернут гораздо раньше, по крайней мере, с начала 1918 года. Уже в январе этого года Совнарком объявил о создании «трудовых батальонов» из «буржуазии» Сопротивляющиеся мобилизации в эти батальоны, равно как и «контрреволюционных агитаторов», предписывалось расстреливать на месте. В июне 1918 года Ленин требует «поощрять энергию и массовидность террора». А Троцкий провозглашал: «Устрашение является могущественным средством политики, и надо быть лицемерным ханжой, чтобы этого не понимать». 17 июля 1918 года по решению Ленина и Свердлова была расстреляна царская семья вместе с оставшимися верными ей слугами. Расстреливали крестьян, не желающих отдавать хлеб продотрядам или просто взятых в заложники за действия тех, кто восставал против Советской власти. Расстреливали бывших фабрикантов, банкиров, помещиков, депутатов Думы, офицеров... Лишь незначительная часть жертв красного террора действительно участвовала в контрреволюционных заговорах и в той или иной форме вела борьбу против советской власти.

В конце 1919 года специальная комиссия, созданная генералом Деникиным, определила количество погибших от проводимого советской властью террора в 1 766 тысяч человек, включая 260 000 солдат и 54 650 офицеров, около 1,5 тыс. священников, 815 тысяч крестьян, 193 тысяч рабочих, 59 тысяч полицейских, 13 тысяч помещиков и более 370 тысяч представителей интеллигенции и буржуазии. Не исключено, что эти данные преувеличены, и в действительности многие из тех, кого включают в число жертв «красного террора», умерли от голода и болезней.

Впечатляющих успехов во второй половине 1918 года добился Деникин. Его Добровольческая армия заняла почти весь Северный Кавказ с Екатеринодаром, Ставрополем и Новороссийском, разгромив 150-тысячную армию красных. Успеху добровольцев способствовали массовые восстания кубанских казаков против советской власти, вызванные произвольными реквизициями фуража и продовольствия и насилием по отношению к казакам, творимым красноармейцами из числа иногородних. Грабежи разлагали советские части. Один из руководителей красной Таманской армии Е. Ковтюх рисует неприглядное состояние отрядов, защищавших Екатеринодар: «Везде среди разбегавшихся частей раздавались крики: «Продали нас и пропили!» Власти были бессильны что-либо сделать с этой разъяренной массой.

Дисциплинированные и воодушевленные ненавистью к большевикам деникинские части, в рядах которых было много опытных офицеров, довольно легко одолели советские войска, еще сохранявшие доставшееся в наследство от старой армии элементы стихийного разложения. Здесь сказались различия в кадрах белого движения на западе и востоке. Бывший командир Ижевской дивизии генерал Викторин Молчанов уже в 1972 году, доживая свой век в Америке, видел их в следующем: «Большинство офицеров Генерального штаба попали на юг России, так как там ранее других мест было поднято восстание; интеллигентные силы оказались там же, как в ближайшем пункте к столицам и жизненным центрам России... Если на юге России были корниловцы, марковцы, дроздовцы (полки, первоначально состоявшие преимущественно из офицеров. — Авт.), — то там не было таких частей, как ижевцы, воткинцы, михайловцы, состоявшие исключительно из рабочих, а также не было и таких, как уфимские башкиры и татары (национальные формирования в Народной армии, в 1919 году, после отказа Колчака признать их автономию, перешедшие на сторону красных. — Авт.)». На востоке страны традиционно служили те офицеры, которые за какие-либо провинности были переведены из Европейской России, что не могло не сказаться на качестве армии Колчака. Кроме того, здесь процветала атаманщина. Атаман забайкальского казачества Григорий Семенов, атаман семиреченского казачества Борис Анненков, атаман уссурийского казачества Иван Калмыков и др. почти не подчинялись распоряжением из Омска, а их отряды грабежами и насилиями только восстанавливали население против белых. Организованностью и дисциплиной отличались только уральские казаки атамана Сергея Толстова и оренбургские казаки Александра Дутова (он первым в России начал борьбу с большевиками, еще 8 ноября 1917 года приказом по Оренбургскому войску заявив о непризнании Октябрьского переворота). Казаки обладали значительно большими земельными наделами, чем крестьянское население России, и ничего не выигрывали от ленинского декрета о земле, зато в первую очередь страдали от большевистской продразверстки и реквизиций. Это делало казаков противниками советской власти, но за пределами своих земель они воевали очень неохотно.

В целом в 1918 году антибольшевистские силы на всех фронтах действовали почти без всякой связи друг с другом. Пик успехов белых армий на юге пришелся на осень, когда в Поволжье чехословаки и войска Комуча уже потерпели поражение. Да и на юге добровольцы Деникина и донские казаки Краснова наступали в расходящихся направлениях — на Екатеринодар и Царицын.

Большевики имели преимущество в единстве командования и возможности действовать по внутренним операционным линиям. Как отмечал Троцкий, после взятия Казани чехами «впервые все поняли, что страна стоит перед смертельной опасностью». Главные силы были брошены на Восточный фронт, как наиболее близкий в тот момент к жизненным центрам страны. Советские войска заняли Поволж s и вели бои уже на Урале. На руку большевикам было и то, что ни центральные державы, ни Антанта, занятые последними решающими сражениями Первой мировой войны, не могли оказать существенной помощи белым.

1919 год стал решающим годом Гражданской войны в России. В ноябре 1918 года капитулировала Германия и ее союзники. Брестский мир утратил силу. Красная армия двинулась на Украину, в Белоруссию и Прибалтику. Ленин и его товарищи надеялись, что ей удастся не только освободить российскую территорию, но и зажечь пожар мировой революции в Польше, Германии и других странах. На какое-то время основные усилия советских войск были перенесены на запад и юго-запад.

Этим не замедлили воспользоваться армии Колчака и Деникина на востоке и юге. Теперь Антанта готова была снабжать их вооружением и снаряжением, в изобилии оставшемся от Первой мировой войны, и направила свои войска в оставляемые немцами порты Украины и Крыма. Тогдашний британский премьер-министр Дэвид Ллойд Джордж так объяснял причины интервенции Антанты в России: «Мы не собирались свергнуть большевистское правительство в Москве. Но мы стремились не дать ему возможности, пока еще продолжалась война с Германией, сокрушить ее антибольшевистские образования и те движения за пределами Москвы, вдохновители которых готовы были бороться заодно с нами против неприятеля. И было неизбежно, что наше сотрудничество с этими союзниками придаст вскоре нашей работе в России видимость борьбы за свержение большевистского правительства». После же краха Германии, по мнению британского премьера, делом чести союзников было помочь тем, кто «одно время приковывали к себе на русском фронте крупные войсковые части неприятеля и отвлекали их от Франции или Балкан... Мы считали себя обязанными обеспечить этих людей достаточным снаряжением, чтобы они могли померяться с ними силами за право представлять русский народ». Поскольку на территории, контролируемой Советами, оказались основные запасы вооружений и главные предприятия военной промышленности, союзники, снабжая белые армии, некоторое время поддерживали баланс сил.

Однако, как справедливо заметил Ллойд Джордж, «большинство населения Западной Европы и Америки желало, чтобы большевизм был сокрушен, но никому не хотелось браться за это дело». Солдат и офицеров Антанты, уставших от войны, трудно было убедить продолжать воевать в России, правительство и армия которой еще не представляли серьезной угрозы Западу. Войска союзников оказывались поэтому очень восприимчивы к большевистской пропаганде. В апреле 1919 года пришлось вывезти французские и другие войска Антанты из черноморских портов, в июне русский Север покинули американские части. Основная надежда была на успехи белых армий.

В январе 1919 года войска Колчака взяли Пермь и отбили попытки советских войск отбить город. В марте Западная армия Верховного правителя начала генеральное наступление к Волге, овладела Уфой и прервала связь Советской России с Туркестаном. На юге казаки осадили Оренбург и Уральск. На севере Сибирская армия освободила Ижевск и Боткинский завод и вышла на подступы к Казани. Большевики вновь стали рассматривать Восточный фронт как главный.

12 апреля Ленин опубликовал по этому поводу специальные тезисы, где призвал всех на борьбу с Колчаком. К началу мая войска советского Восточного фронта получили 55 тысяч человек пополнения и достигли превосходства над противником. 28 апреля перешли в наступление войска Южной группы фронта под командованием Михаила Фрунзе. В ряде сражений они разбили Западную армию, 9 июня взяли Уфу и вышли к предгорьям Урала. К концу июня была оттеснена на прежние позиции и Сибирская армия, а 1 июля советские войска освободили Пермь. Более армии Колчака уже не предпринимали общего наступления.

Последнюю попытку оказать серьезное сопротивление колчаковцы предприняли осенью на реках Тобол и Ишим, но были разбиты. Единый фронт белых на Востоке рухнул, и отступавшие войска попадали под удары сибирских партизан. Крестьяне первоначально видели в Колчаке избавителя от продразверстки, однако реквизиции и просто грабежи, совершаемые плохо дисциплинированными отрядами белых, заставили сибиряков едва ли не тосковать по большевикам. Партизанские армии Сибири насчитывали десятки тысяч человек. Они не позволяли Омскому правительству нормально снабжать войска на фронте и принуждали сохранять в тылу значительные силы, которых так не хватало во время решающих сражений в Поволжье.

Добровольческая и Донская армии в январе 1919 года объединились в Вооруженные силы Юга России (ВСЮР). Вскоре после этого под давлением Антанты Краснов ушел в отставку. Деникин стал фактическим диктатором на обширных территориях Северного Кавказа, Дона и Кубани. Свое генеральное наступление ВСЮР развернули в июне, отразив попытки Красной армии отбить Донбасс, хотя и потеряв при этом часть Донской области. 25 июня добровольцы взяли столицу Советской Украины Харьков, на следующий день — Екатеринослав. Кавказская армия генерала барона Петра Врангеля 30 июня овладела сильно укрепленным Царицыным.

3 июля Деникин отдал т.н. «московскую директиву», ставящую конечной целью захват Москвы К тому времени подчиненные ему силы насчитывали около 105 тысяч штыков и сабель, что было недостаточно для наступления на широком фронте почти в 1000 км против превосходящего по численности противника. Деникинские войска, как и Красная армия, давно уже комплектовались путем принудительной мобилизации. Ленин проницательно заметил, что массовая мобилизация погубит Деникина, как прежде она погубила Колчака. Так и получилось.

Почему же Красную армию, в отличие от Белой, массовая мобилизация все-таки не погубила? Дело было в разном социальном составе вооруженных сил противоборствующих сторон. Крестьяне-середняки составляли большинство и у белых и у красных, и одинаково часто переходили от одних к другим и обратно, или дезертировали и возвращались в родные деревни Исход войны определяло соотношение между более или менее надежными контингентами Красной армии и ее противников. И здесь явный перевес был на стороне большевиков. Они могли почти полностью полагаться на поддержку рабочих, а также сельских бедняков и безземельных батраков, составлявших более четверти всего крестьянства Эти категории населения можно было без особого труда мобилизовать и за паек, денежное довольствие и амуницию отправить воевать в любую губернию — дома им терять все |квно было нечего. Об этом говорил Ленин в апреле 1919 года в связи с мобилизацией на Восточный фронт: «Мы берем людей из голодных мест и перебрасываем их в хлебные места. Предоставив каждому право на две двадцатифунтовые продовольственные посылки в месяц и сделав их бесплатными, мы одновременно улучшим и продовольственное состояние голодающих столиц и северных губерний».

Кроме того, привлеченные интернационалистской идеологией большевиков, на их стороне сражались многие бывшие пленные: австрийцы, венгры, чьи страны проиграли мировую войну, дезертиры из чехословацкого корпуса, а также латыши и эстонцы, у которых родина была оккупирована германскими войсками. Немало было в Красной армии и китайцев и корейцев, в годы Первой мировой использовавшихся для работ в прифронтовой полосе. Интернациональные части свободно можно было перебрасывать с фронта на фронт, а также использовать для подавления крестьянских восстаний

У белых же стойкими кадрами были куда меньшие по численности офицеры, юнкера и небольшая часть интеллигенции, готовая сражаться с большевиками либо за будущее Учредительное собрание, либо за восстановление монархии (эти две последние группы враждовали друг с другом). Из примерно 250 тысяч офицеров русской армии около 75 тысяч оказалось в рядах Красной армии, до 80 тысяч вообще не приняли участия в Гражданской войне, и только около 100 тысяч служили в антисоветских формированиях (включая армии Польши, Украинской Народной Республики и Прибалтийских государств). Поддерживавшие же порой белых и враждебные большевикам более или менее зажиточные крестьяне и казаки за пределами своей губернии или области воевать не хотели, чтобы не удаляться от хозяйства. Это ограничивало возможности белых армий по проведению крупномасштабных наступательных операций и быстрой переброски частей с одного участка фронта на другой.

В ходе начатого в июле наступления армии Деникина вместо Москвы, как планировалось, двинулись на Украину, захватив ее восточную часть и Приднепровье с Киевом и Екатеринославом. В Киев 31 августа одновременно вступили части Добровольческой армии и украинские войска С. Петлю-ры. Под давлением добровольцев украинские войска вынуждены были оставить город. В результате Деникин получил нового врага в лице Петлюры и вынужден был отвлечь часть сил в несколько тысяч бойцов для борьбы с армией Украинской Народной Республики.

Еще хуже была потеря времени Только 12 сентября войска Деникина начали наступление в собственно московском направлении. Армии Колчака были уже основательно разбиты, и советскому командованию не составляло труда перебросить основную массу войск с Восточного фронта на Южный против новой угрозы.

Деникину удавалось добиться успеха во многом благодаря казачьим кавалерийским корпусам. Чтобы справиться с ними, Красной армии нужна была кавалерия. 20 сентября 1919 года Троцкий бросил лозунг «Пролетарий, на коня1», после чего началось ускоренное формирование кавалерийских дивизий и корпусов, а 19 ноября была создана 1-я Конная армия. Еще 10 августа в рейд был отправлен донской казачий корпус генерала Константина Мамонтова. Пройдя 200 км по советским тылам и временно заняв Тамбов, он 19 сентября вернулся к своим, сильно расстроив тыл советского Южного фронта. Однако донцы были уже не те, что в начале рейда. Большинство их, отягощенные награбленным добром, самовольно отправились в тыл, в родные станицы.

К тому времени возросла напряженность в отношениях между Деникиным, отстаивавшим лозунг «Единая и неделимая Россия», и Кубанской Радой, отстаивавшей автономию Кубани. 20 ноября 1919 года в Екатеринодаре с санкции Деникина генерал Виктор Покровский произвел переворот, арестовав сепаратистски настроенных членов Рады, а одного из них, А. Калабухова, повесил. Это, однако, не улучшило положения. Кубанские станицы отказывались по мобилизации направлять пополнения в деникинскую армию, а на фронте росло дезертирство. Выход Добровольческой армии на Украину встревожил Польшу, чью независимость ни Колчак, ни Деникин так и не признали. Поляки временно прекратили боевые действия против Красной армии, в результате чего советское командование смогло перебросить дополнительные силы на московское направление.

И еще одно обстоятельство ослабило тыл ВСЮР. Повстанческая армия Махно 26 сентября под Уманью нанесла украинской группировке Добровольческой армии крупное поражение и двинулась в рейд, выбив деникинцев из Кривого Рога, Никополя, Мелитополя и нескольких других городов, захватив главные артиллерийские склады Добровольческой армии в районе Волноваха — Мелитополь, а в конце октября овладев Екатеринославом. В махновскую армию вступали крестьяне, недовольные продразверсткой и реквизицией всех воюющих сторон, привлеченные возможностью пограбить и не желавшие служить ни белым, ни красным.

Махновцы сражались обычно против тех, кто в данный момент одерживал верх в Гражданской войне и пытался занять их вотчину — часть Южной Украины с центром в Гуляй-Поле. Их рейд по деникинским тылам, наряду со многими другими факторами, сделал поражение Добровольческой армии на подступах к Москве лишь вопросом времени.

20 сентября белые заняли Курск, 6 октября — Воронеж и 13 октября — Орел. К тому моменту ВСЮР достигли своей максимальной численности в 150 тысяч человек. Однако уже 11 октября началось советское контрнаступление. 20 октября латышская дивизия освободила Орел. За день до этого конный корпус Семена Буденного нанес поражение донскому корпусу генерала Мамонтова и кубанскому корпусу генерала Шкуро, а 24 октября занял Воронеж. Добровольческая армия покатилась назад, за ней последовала Донская.

В январе — феврале 1920 года уменьшившиеся вдвое деникинские войска попытались задержаться на рубежах рек Дон и Маныч, но были разбиты и устремились к порту Новороссийску. Ряды белых косил сыпной тиф, процветали пьянство и грабежи. Кубанские части разошлись по домам. Эвакуация в Крым, который удалось удержать корпусу генерала Я. Слащева, проходила в панике. Большая часть белых не смогла эвакуироваться и попала в плен или ушла в Гр

Раздел: Войны России | Добавил: russia-history (07.03.2009)
Просмотров: 759 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа
Друзья сайта
Курс валют
Российский рубль Курс Российского Рубля Информер
Швейцарский франк(CHF)//-//
Фунт стерлингов(GBP)//-//
ЕВРО(EUR)//-//
Доллар США(USD)//-//
Японская иена(JPY)//-//
Праздники России Благотворительный фонд помощи детям-сиротам 'Большая семья'
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Copyright MyCorp © 2017
Сайт создан в системе uCoz